Франсуа де Ларошфуко Гордыня, сыграв в человеческой комедии подряд все роли и словно бы устав от своих уловок и превращений, вдруг является с открытым лицом, высокомерно сорвав с себя маску. Ревность питается сомнениями; она умирает или переходит в неистовство, как только сомнения превращаются в уверенность. В дружбе, как и в любви, чаще доставляет счастье то, чего мы не знаем, нежели то, что нам известно. Мы всегда любим тех, кто восхищается нами, но не всегда любим тех, кем восхищаемся мы. |